![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Китайская литература настолько пронизана интертекстуальными связями и цитатами, что европейский постмодернизм походу нервно курит в углу.
Из цитат небольших рассказов можно выворачивать невероятные объемы дополнительных смыслов - вот только засада в том, что не погруженному в тамошний канон читателю практически невозможно эти цитаты узнать.
Вот, к примеру, очень такой простой случай: рассказ Пу Сунлина "Бесовка Сяо Се", самое его начало. Там есть такая цитата:
"Семья была самая бедная, да тут еще жили родственники по так называемому «удару в таз»[88]."
Комментарий к ней объясняет метафору:
… родственники по… «удару в таз» – У Чжуан-цзы читаем, что, когда у него умерла жена, он сидел и бил в таз, горланя изо всех сил. Друг, пришедший с поминальным визитом, упрекал его за несвоевременную веселость. Чжуан-цзы сказал, что не может плакать по смерти, ибо смерть есть одно из очередных превращений, и в ней особое величие. Таким образом, в рассказе речь идет об умершей жене.
Так уж случайно вышло, что буквально накануне я читала это место у Чжуан-цзы, и я помнила его, поскольку в той главе у Чжуан-цзы рассуждения на интересную мне тему. Но, тем не менее, мне даже в голову не пришло связать фразу у Сунлина с книгой Чжуанцзы, если бы не комментарии переводчика. А ведь этот фрагмент задает философский контекст о смерти и об истинном бессмертии, о пути для живущих для вроде бы незамысловатого фэнтезийного рассказа о студенте и девушках-духах.
Или вот еще в том же рассказе есть такая сценка, когда Тао учит Сяо Се и Цю Жун чтению и каллиграфии:
"Цюжун никогда не умела читать и наваляла ворон так, что нельзя было разобрать. "
В контексте понятно, конечно, что она наделала ошибок при переписывании текста. Но откуда вороны? А комментарий говорит вот что:
… «марать ворон». – У известного поэта Лу Туна (VIII—IX вв.) был маленький сын, который любил мазать тушью по книгам и стихам отца. Тот, находя у себя на столе подобные сюрпризы, писал в честь своего сына добродушные стихи:
Вдруг появляюсь я. Вижу – на столике жижа свороченной туши.
Все перемазано: письма, стихи мои – словно почтеннейший ворон.
И эта маленькая зарисовка очень ярко характеризует все отношение Тао к своим ученицам, когда даже за самые грубые ошибки вызывают не гнев, а сочувствие и даже какое-то умиление и желание утешить и ободрить. Отношение старшего к младшим, тепло семьи.
И таких отсылок в каждом рассказе множество, ужасно обидно понимать, что в сущности, читая переводы этих рассказов ты хватаешь только самую верхушку смыслов.
Из цитат небольших рассказов можно выворачивать невероятные объемы дополнительных смыслов - вот только засада в том, что не погруженному в тамошний канон читателю практически невозможно эти цитаты узнать.
Вот, к примеру, очень такой простой случай: рассказ Пу Сунлина "Бесовка Сяо Се", самое его начало. Там есть такая цитата:
"Семья была самая бедная, да тут еще жили родственники по так называемому «удару в таз»[88]."
Комментарий к ней объясняет метафору:
… родственники по… «удару в таз» – У Чжуан-цзы читаем, что, когда у него умерла жена, он сидел и бил в таз, горланя изо всех сил. Друг, пришедший с поминальным визитом, упрекал его за несвоевременную веселость. Чжуан-цзы сказал, что не может плакать по смерти, ибо смерть есть одно из очередных превращений, и в ней особое величие. Таким образом, в рассказе речь идет об умершей жене.
Так уж случайно вышло, что буквально накануне я читала это место у Чжуан-цзы, и я помнила его, поскольку в той главе у Чжуан-цзы рассуждения на интересную мне тему. Но, тем не менее, мне даже в голову не пришло связать фразу у Сунлина с книгой Чжуанцзы, если бы не комментарии переводчика. А ведь этот фрагмент задает философский контекст о смерти и об истинном бессмертии, о пути для живущих для вроде бы незамысловатого фэнтезийного рассказа о студенте и девушках-духах.
Или вот еще в том же рассказе есть такая сценка, когда Тао учит Сяо Се и Цю Жун чтению и каллиграфии:
"Цюжун никогда не умела читать и наваляла ворон так, что нельзя было разобрать. "
В контексте понятно, конечно, что она наделала ошибок при переписывании текста. Но откуда вороны? А комментарий говорит вот что:
… «марать ворон». – У известного поэта Лу Туна (VIII—IX вв.) был маленький сын, который любил мазать тушью по книгам и стихам отца. Тот, находя у себя на столе подобные сюрпризы, писал в честь своего сына добродушные стихи:
Вдруг появляюсь я. Вижу – на столике жижа свороченной туши.
Все перемазано: письма, стихи мои – словно почтеннейший ворон.
И эта маленькая зарисовка очень ярко характеризует все отношение Тао к своим ученицам, когда даже за самые грубые ошибки вызывают не гнев, а сочувствие и даже какое-то умиление и желание утешить и ободрить. Отношение старшего к младшим, тепло семьи.
И таких отсылок в каждом рассказе множество, ужасно обидно понимать, что в сущности, читая переводы этих рассказов ты хватаешь только самую верхушку смыслов.
Tags: